Cherti

мы черти, дурные молодые черти поём о том что не страшимся смерти ведь в руках пока медиатор вертит гитарист усталый мы будем жить мы черти, дурные молодые черти поём о том что не страшимся смерти ведь в руках пока медиатор вертит гитарист усталый мы будем жить вот всё, что тебе осталось. так силу и расцвет сменяет старость, так слабеет резкость, проходит ярость, будто весь кто-то выключил в мире звук. как ты ни старайся, не даст ни ноты — где были струны, теперь пустоты. объясняйся жестами, рви блокноты ты нем и глух, ты пиши на клочьях здесь всё нежило: голоса исчезли, люди раскрыли рты: «а что… если…» у кого избыток смыслов, тот пишет песни, а мою ни внять, ни напеть мотив. бьётся пульсом она — ревущий узник, молота звоном из древней кузни, мир, будто бы роялиь лишённый струн стал тяжёл, громоздок и некрасив. в тишине всё тонет — найти бы шлюпку, оставляя в памяти по зарубку. раздирая психофон в мясорубку, будет жить в тебе эта незабудка ежели в начале и было слово, то его пропели; теперь всё ново — из окон колонок, , из уст иного тупая ебаная ватная тишина. стань же уязвима, прозрачна, донна, тишина, оставь опустевший дом мой, я найду жильё тебе, снеди тонны, только ты, пожалуйста, уходи. мы ведь молодые дурные черти, мы, пока поём, не страшимся смерти, и пока в руках медиатор вертит гитарист усталый, мы будем жить.