философия дна (*версия: падать с умом)

ФИЛОСОФИЯ ДНА *версия: падать с умом* Я не падаю. Я исследую. Я — археолог собственных обломков, с фонариком в рёбрах, с блокнотом в черепе, я документирую трещины на своей поверхности и называю это «осмысленной жизнью». Знаешь, каково это — смотреть на небо снизу вверх, и понимать, что ты — внутри него, но просто оно перевёрнуто? Дно — это не точка. Это плоскость. Порой — даже мягкая. На ней можно лежать. На ней можно курить, думать, что ты выше всех, потому что никто, кроме тебя, не упал так изящно. Я уже научился различать оттенки темноты. Вот этот — пахнет воспоминаниями о детстве, а вот этот — твоими руками, когда ты впервые сказал, что тебя пугает, как мне ничего не страшно. Мне не страшно. Я уже не различаю страх и возбуждение. Дно качается — я тоже. Там, сверху, кто-то говорит: «Ты упал». Да нихуя. Я просто углубился. Это медитация, в экстремальных условиях. Это практика потери себя в себе. (Бонусный уровень — потерять всё остальное тоже.) Дно не отвечает. Оно молчит. Оно ждёт. Каждый день — как встреча с ним заново. Скоро начнём здороваться. Я собираю себя из тех же кирпичей, что и развалил. Это красиво, если смотреть с правильного угла. Например, лёжа. Предел падения — это не смерть. Это равнодушие. Когда даже падать уже лень. Когда ты не орёшь на обрыве, а зеваешь: «ну, поехали…» Мне говорят: «поднимись». Но нахуя, если я уже влюбился в этот пейзаж? Дно — это потолок, если долго лежать на спине. Дно — это роскошь, если назвать его домом. Дно — это я, если перестать оправдываться. И я больше не оправдываюсь. Я исследую. Я фиксирую. Я падший, но вдумчивый. Я философ, просто у меня вместо кафедры — грязь под ногтями и кровь на носке. На левом. И знаешь, это даже удобно.